Предприятия, которые рассчитывают добиться успеха на сегодняшнем глобальном рынке, должны выполнять новые, более строгие юридические требования, а также отвечать ожиданиям со стороны общества. По мнению одной фармацевтической компании, которая зарекомендовала себя лидером в области корпоративного управления, ответственная гражданская позиция и следование высоким этическим принципам, в конечном счете, обеспечивает более высокую отдачу. "Честное ведение бизнеса - благо для бизнеса", - говорит Нэнси Нильсен, старший директор по социальным вопросам в компании "Пфайзер". Они с Розмари Кенни, старшим менеджером компании "Пфайзер" по вопросам корпоративного управления и коммуникациям, рассказали редакторам электронного журнала "Экономические перспективы" о позиции компании "Пфайзер".

Вопрос: После серии скандалов в американском деловом мире термин "корпоративное управление" вошел в моду во всем мире, а Конгресс США принял закон Сарбанеса-Оксли, усиливающий нормативные акты о корпоративном управлении. Некоторые фирмы жаловались, что оказываемое на них давление с целью заставить их быть более прозрачными и подотчетными фактически связывает им руки вместо того, чтобы направлять. Участники дебатов уклоняются от ответа на вопрос о том, является ли добросовестное корпоративное поведение благом для бизнеса. И можно ли, в самом деле, навязывать это корпорациям?

Ответ: Большинство корпораций фактически говорят об издержках, связанных с выполнением новых правил Комиссии США по ценным бумагам и биржевым операциям (КЦББО), принятых в соответствии с законом Сарбанеса-Оксли. Да, реализация практики внутреннего аудита действительно обходится компании недешево, если прежде она никогда их не использовала. Для этого может потребоваться дополнительный персонал, дополнительная работа - иногда даже с привлечением внешних подрядчиков - для определения лучшей методики выполнения новых требований.

С другой стороны, такие компании, как "Пфайзер", уже реализовали у себя большинство этих процедур и следуют очень высокими стандартам этической практики прозрачности и подотчетности. Да, нам пришлось внести некоторые незначительные корректировки в нашу внутреннюю политику и процедуры, но правила Сарбанеса-Оксли не оказали на нас такого воздействия, как на некоторые другие компании. И хотя это стоило нам некоторых дополнительных затрат, "Пфайзер" не рассматривает закон Сарбанеса-Оксли как бремя, потому что мы согласны с ним.

Вопрос: А как насчет тех компаний, особенно мелких фирм, которые действительно считают это обременительным? Как можно убедить их в том, что это в их же интересах?

Ответ: Дело в том, что если вы хотите быть компанией, акции которой открыто котируются на бирже, вы должны выполнять эти требования. Раньше я работала в гораздо более мелкой компании, но нам все равно приходилось выполнять те же самые требования КЦББО, что и более крупным компаниям, выпускающим свои акции на свободный рынок. Эти требования включали в себя уплату вознаграждений за котировку акций на Нью-Йоркской фондовой бирже и оплату издержек, связанных с публикацией уведомления о голосовании и годового отчета, отправкой его инвесторам, подачей в КЦББО отчета по форме 10-K (всеобъемлющего обзора хозяйственной деятельности и финансового положения компании), а также подачей в КЦББО форм по должностным лицам и директорам компании. Задача КЦББО - защищать акционера.

Если вы - компания, акции которой свободно вращаются на бирже, гораздо лучше инвестировать в хорошую практику, поддерживающую подотчетность и этичное поведение, чем надеться, что КЦББО или любой другой регулирующий орган никогда не станут вас проверять.

Вопрос: То есть, если эта практика уже существовала, это говорит о том, что ваша компания считала ее благом для бизнеса, да?

Ответ: Как правило, хорошее поведение - это благо для бизнеса, и честное ведение бизнеса - это тоже благо для бизнеса. В начале девяностых годов прошлого века "Пфайзер" стала первой компанией, которая ввела должность вице-президента по вопросам корпоративного управления - должность руководящего работника высшего звена, - поэтому очевидно, что "Пфайзер" знакома с идеей о том, что высокие стандарты корпоративной честности являются неотъемлемой частью ведения бизнеса. По сути дела, именно это и пытается делать закон Сарбанеса-Оксли - регулировать и предписывать этичное поведение.

Вопрос: Что подтолкнуло "Пфайзер" к принятию решения о введении должности вице-президента по вопросам корпоративного управления?

Ответ: В то время многие акционеры оспаривали некоторые из решений, принятых компанией "Пфайзер", и председатель совета директоров и главный исполнительный директор увидели в этом возможность обсудить с институциональными инвесторами - которые являлись очень крупными акционерами "Пфайзер" - проблемы, стоящие перед "Пфайзер" как фармацевтической компанией. Они назначили вице-президента по вопросам корпоративного управления, задачей которого было выйти и поговорить с институциональными инвесторами и начать диалог, который предусматривал бы обмен идеями с обеих сторон. Цель заключалась в том, чтобы руководство лучше поняло проблемы, которые были важны для институциональных инвесторов, а инвесторы - лучше поняли проблемы, стоящие перед фармацевтической промышленностью. И, разумеется, это были весьма взаимовыгодные отношения.

Вопрос: У многих неамериканских компаний нет таких систем, как у "Пфайзер". Не могли бы вы рассказать о том, как они могли бы реализовать аналогичный подход к корпоративному управлению?

Ответ: Подход к корпоративному управлению начинается на самом верху корпорации. Он не может быть реализован никаким способом, если высшее руководство не будет "задавать тон". Инициатива должна исходить от высшего руководства и совета директоров; должна быть абсолютная уверенность в том, что корпоративное управление - это благо для бизнеса.

На практике идея эффективного управления доносится до служащих посредством учебных руководств и обязательного обучения. Служащим "Пфайзер" приходится проходить онлайновые тесты на управление. Они знают законы и правила и то, как они применяются в повседневной деятельности.

В "Пфайзер" также работает круглосуточная "горячая линия", куда служащие могут позвонить в случае, если они столкнутся с поведением, которое могло бы быть сопряжено с проступком. Наш отдел по выполнению требований законодательных и нормативных актов устраивает презентации на собраниях сотрудников для служащих по всей стране. Служащие регулярно получают по электронной почте напоминания, а также постоянно видят перед глазами плакаты на тему корпоративного управления. В "Пфайзер" всегда существует некоторое послание о соблюдении принципов управления, законов и правил. Я работала в целом ряде различных компаний и могу утверждать, что здесь это выражено более отчетливо, чем в других компаниях.

Вопрос: Такая важная тема, как корпоративное управление, сегодня подразумевает активное участие акционеров в принятии решений компании. Как акционеры "Пфайзер" доводят до сведения руководства компании то, что их волнует?

Ответ: Акционеры выражают свое мнение с помощью проверенной временем методики ежегодного направления компании своих предложений. Эти предложения обычно публикуются в уведомлении о голосовании, и акционеры часто высказывают в них свое недовольство по тем или иным вопросам.

Совсем недавно "Пфайзер" стала одной из первых компаний, предоставивших электронные почтовые адреса председателям всех комитетов при совете директоров, а также совету директоров в целом. Некоторые акционеры воспользовались этим и общаются с директорами по электронной почте.

Но, какая бы форма связи ни использовалась, политика "Пфайзер" заключается в том, чтобы всегда отвечать на вопросы акционеров и поддерживать с ними связь.

Вопрос: В каком объеме осуществляется эта связь, и от кого и кому обычно поступает информация? Может быть, вы поддерживаете связь только с крупными институциональными инвесторами?

Ответ: Мы получаем электронные письма, прежде всего, от индивидуальных инвесторов. Корреспонденция, не имеющая отношения к бизнесу - резюме, ходатайства, просьбы об участии в благотворительных акциях, - отфильтровывается и пересылается соответствующему лицу для последующей обработки. Совет директоров получает ежеквартальный доклад, из которого узнает о том, какие проблемы волнуют акционеров, и в тех случаях, когда совет считает это уместным, он реагирует на эти обращения.

Вопрос: Какую роль играет корпоративное управление в избрании членов совета директоров "Пфайзер"?

Ответ: Каждый директор проходит ежегодную процедуру назначения, проводимую комитетом по вопросам корпоративного управления и назначения членов совета директоров. График присутствия каждого директора, причитающееся ему вознаграждение, его членство в других советах и прочие вопросы рассматриваются ежегодно. Совет директоров является преимущественно независимым органом власти. Единственный "инсайдер" - это наш председатель и главный исполнительный директор Хэнк Маккиннелл, а еще у нас есть так называемый "внешний" директор - наш бывший главный исполнительный директор Билл Стир. Остальные члена совета директоров - независимы.

Вопрос: Не могли бы вы рассказать о том, как "Пфайзер" разграничивает понятия "корпоративное управление" и "корпоративная гражданственность", т.е. ответственная гражданская позиция?

Ответ: Мы говорим об ответственной гражданской позиции корпораций как о нашей роли в обществе, в местном и глобальном сообществе людей, и о том, что мы делаем для того, чтобы ответственно вести свой бизнес. Мы разделяем это на пять различных частей - содействие хорошему здоровью, участие в диалоге с акционерами, защита окружающей среды, ответственное ведение бизнеса - это то, что касается управления, - а также уважительное отношение к служащим.

Вопрос: Какую форму это принимает на практике?

Ответ: Когда вы выстраиваете стоимостную цепочку, вы проходите через каждую составляющую бизнеса. В фармацевтической промышленности стоимостная цепочка должна была бы включать в себя исследования, разработки, производство, продажу, маркетинг, доставку и прочее. У нас на веб-сайте представлена схема, на которой показаны все составные части нашей стоимостной цепочки, и под каждой из них мы написали, какие компоненты предназначаются на социальные цели.

Например, в области исследований и разработок (ИР) это предусматривает ассигнование бюджета ИР на борьбу с заболеваниями в развивающихся и развитых странах. Или это могло бы предусматривать прозрачность результатов клинических испытаний. Недавно мы сделали следующее - разместили на нашем веб-сайте информацию о взносах нашего комитета по политическим действиям (в пользу политических кандидатов). Если приплюсовать эти составные части к стоимостной цепочке, получится картина, показывающая, что значит быть ответственной компанией в местном и глобальном масштабах.

Вопрос: Что бы вы ответили экономистам, которые утверждают, что компании не должны использоваться для целей "социальной инженерии" или что участие в благотворительной деятельности может привести к тому, что компания перестанет фокусировать свое внимание на своей главной задаче - максимальном увеличении прибыли?

Ответ: Ранее вы спросили, влияет ли добросовестное управление на прибыль. Хотя это не вносит прямого вклада в практический результат, несомненно, оно вносит косвенный вклад в успех компании.

Сегодня для того, чтобы хорошая компания работала успешно, в действительности требуется и то, и другое. В последние 10 лет мы стали свидетелями громадных изменений в обществе - глобализация, прогресс в области коммуникаций, повышение осведомленности о социальном неравенстве - и произошел сдвиг в отношении общества к роли бизнеса. Одна из причин, по которым "Пфайзер" берется за эти экологические и социальные проекты, заключается в том, что это помогает защитить нашу лицензию на ведение деятельности. Вторая причина заключается в том, что мы проанализировали, что сегодня требуется для создания стабильного бизнеса, и пришли к выводу, что для этого требуется участвовать во все аспектах общественной жизни. То есть, существует влияние на практический результат, и здесь на помощь приходит корпоративное управление.

Вопрос: Не могли бы вы привести конкретные примеры, когда ваше участие в общественных или экологических проектах принесло пользу "Пфайзер" как коммерческому предприятию?

Ответ: Переломный момент в развитии фармацевтической промышленности наступил летом 2000 года, когда 39 фармацевтических компаний предъявили иск правительству ЮАР для того, чтобы предотвратить импорт более дешевых видов лекарств против СПИДа. "Пфайзер" не была среди этих компаний, но большинство экспертов считают, что в тот момент фармацевтическая промышленность утратила чувство реальности и не оправдала ожиданий общества. И от негативной реакции общественности пострадала вся отрасль.

Мы также знаем, что, участвуя в местных социальных и природоохранных проектах, мы налаживаем связи, которые мы не смогли бы установить иным образом. Так создается канал, через который мы можем просвещать людей о нашей индустрии. Помните: фармацевтическая промышленность - это не только прибыльный, но и рискованный бизнес. 95% попыток, предпринимаемых в наших лабораториях, оканчиваются неудачей; лишь 5% превращаются в лекарства, которые затем попадают на рынок. Поэтому лекарства, которые попадают на рынок, должны покрывать издержки всех неудачных попыток. Это одна из тех базовых идей, которые мы должны донести до общественности.

Деятельность на местах также обеспечивает нам своего рода "систему раннего предупреждения" о надвигающихся проблемах. Если бы власти привлекли отрасль к сотрудничеству еще в 2000 году, то иска фармацевтических компаний против ЮАР никогда бы не было. А если бы вы начали оттягивать последствия этого иска, если бы он действительно был снят, это могло бы вызвать такую негативную реакцию, что некоторые фармацевтические компании лишились бы лицензий на ведение своей деятельности.

Вопрос: Что имеет в виду "Пфайзер", когда заявляет, что одной из ее целей является улучшение доступа к здравоохранению на всем земном шаре?

Ответ: Наша первоочередная задача - открывать и разрабатывать новые лекарства. Мы располагаем крупнейшей в мире частной лабораторией, в которой работают 13 тыс. ученых, и 116 заводами по производству лекарств по всему миру. Следующий шаг в этом направлении - сделать лекарства доступными и, мы бы сказали, доступными по средствам людям во всем мире.

Вопрос: Как вы подходите к решению этой задачи?

Ответ: Мы делаем это в основном посредством государственно-частных партнерств. Мы сотрудничаем с правительствами, неправительственными организациями, организациями гражданского общества, религиозными группами и группами по защите прав пациентов, чтобы помочь с обеспечением лекарствами. У нас также имеется множество каналов для безвозмездной передачи лекарств больницам и медицинским клиникам.

В США мы недавно начали осуществлять программу, в рамках которой люди, не имеющие страховки, покрывающей расходы на оплату лекарств, - в США таких насчитывается 45 млн. чел. - могут получать лекарства производства "Пфайзер" бесплатно или со скидкой. Эта программа представлена на нашем веб-сайте, а также имеется телефонная линия с бесплатным звонком, куда люди могут круглосуточно звонить, чтобы узнать, имеют ли они право на участие в этой программе.

Вопрос: Насколько эффективной оказалась эта программа?

Ответ: Мы ввели ее примерно четыре месяца назад, и мы были поражены тем, какой огромный объем маркетинговой поддержки необходим для того, чтобы эта программа заработала в полную силу. Казалось бы, стоит только разместить информацию в Интернете и разослать письма пожилым людям и группам по защите прав пациентов, как люди не замедлят воспользоваться этой возможностью, но на самом деле нам пришлось организовать целую маркетинговую кампанию, чтобы привлечь внимание людей.

Вопрос: Не жалуются ли акционеры "Пфайзер" на эти и другие благотворительные программы?

Ответ: Да, иногда мы получаем жалобы от акционеров "Пфайзер" - обычно они направляют письмо председателю нашего совета директоров, - и наш ответ я уже сформулировала ранее: чтобы защитить нашу лицензию на ведение деятельности и вести стабильный бизнес в сегодняшнем мире, оправдать надежды общества в отношении бизнеса и ожидания общества в отношении фармацевтической продукции, это должно быть частью нашей модели бизнеса.

В последние пять лет в нашей стране произошел большой сдвиг. Люди считают, что должны получать новые лекарства по очень низким ценам, но кто-то ведь должен оплачивать новаторство.

Вопрос: Так как же вы согласуете между собой эти противоречивые требования?

Ответ: Одним из возможных способов как раз и является использование государственно-частных партнерств вроде того, о котором я уже упоминала - партнерства, помогающего 45 млн. американцам покрыть свои расходы на лекарства. Но это проблема, с которой в настоящее время борется вся отрасль.

Вопрос: А если ли у вас аналогичные партнерства за рубежом?

Ответ: Одним из моих любимых является партнерство, которое мы называем "Глобальные товарищи по здравоохранению". Мы создали своего рода медицинский "корпус мира" в составе квалифицированных служащих компании "Пфайзер" - врачей, эпидемиологов, технических специалистов, - которые ездят в шестимесячные командировки в развивающиеся страны специально для работы на местах с неправительственными организациями по выявлению и лечению инфекционных заболеваний, прежде всего, СПИДа.

Наши более долгосрочные программы включают в себя международную инициативу по лечению трахомы, которая является главной причиной предотвратимой слепоты во всем мире. Мы осуществляем, совместно со Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), программу профилактики трахомы, в рамках которой бы безвозмездно предоставляем наш антибиотик Zithromax, оказываем помощь в вопросах гигиены окружающей среды, ведем базовое санитарное просвещение и предоставляем некоторую хирургическую помощь. Мы рассчитываем, что к 2020 году нам удастся полностью ликвидировать трахому. Насколько мне известно, мы работаем в 18 странах.

Еще одной программой является международное партнерство Diflucan. Оно направлена на борьбу с такими связанными со СПИДом инфекциями, как молочница. Diflucan позволяет ликвидировать молочницу почти сразу же, и мы предоставляем это лекарство бесплатно. Для наименее развитых стран, которые удовлетворяют определенному критерию ВОЗ по доходам, не существует никаких ограничений по объемам и срокам безвозмездных поставок лекарств. Мы работаем в партнерствах с правительственными и неправительственными организациями. Мы действуем не одни. Все, что мы в настоящее время делаем, делаемся через партнерства.

Вопрос: Какие показатели эффективность вы используете при определении того, какие программы следует финансировать?

Ответ: Самый лучший показатель эффективности - число здоровых людей или людей, которым не становится хуже - например, число людей, излеченных от молочницы, или число людей, которые вернули себе зрение или не ослепли. Все в итоге сводится к людям и здоровью. Это самое главное.

В частности, мы анализируем неудовлетворенные медицинские потребности и пытаемся определить, что мы можем сделать в этом направлении. Это большая область, которой уделяется недостаточно внимания, и мы готовы взяться за это дело. Мы не собираемся делать на этом деньги; просто это входит в понятие "ответственная гражданская позиция корпорации".

Наш годовой отчет за 2003 год начинается со следующей фразы: "Мы будем определять успех как нечто более широкое, включающее в себя не только деятельность на рынке".

Вопрос: Вам не кажется, что вы находитесь на переднем крае некоего движения, в котором участвуют и другие предприятия?

Ответ: Дело не только в нас. Но, поскольку "Пфайзер" является третьей или четвертой компанией в мире по размеру рыночной капитализации и поскольку мы работаем в сфере здравоохранения, которая затрагивает каждого человека и тесно увязана с его материальным положением, то, думаю, то, что мы делаем, оказывает большое воздействие, и поэтому действительно важно, чтобы мы это делали.

Я также думаю, что наметилась определенная тенденция среди лидеров отрасли. Я знаю, что все мои коллеги из компаний "Майкрософт", "Хьюлетт Паккард", "Кока-кола", "Дюпон" движутся в одном и том же направлении.

Компания "Пфайзер инкорпорейтед" разрабатывает, производит и продает отпускаемые по рецепту лекарства для людей и животных. Компания имеет более 100 заводов по всему миру, а ее продукция доступна более чем в 150 странах.

Мнения, высказываемые в этой статье, могут не отражать взгляды или политику правительства США.