Хавала является одной из нескольких неформальных систем, которая используется во многих регионах всего мира для осуществления денежных переводов внутри страны или в другие страны и часто в виде наличности. Регулирование хавалы является сложным и требует практического понимания среды в каждой стране, где действуют участники этой системы. Регулирование должно быть построено так, чтобы не ликвидировать саму хавалу, а воспрепятствовать таким злоупотреблениям, как финансирование терроризма.

Со времени террористических нападений 11 сентября на Соединенные Штаты возрос интерес к неформальным системам денежных переводов в мире, особенно к системе хавала. Причина этого кроется в том, что система хавала потенциально может играть роль в финансировании незаконной и террористической деятельности наряду с ее традиционной ролью перевода денежных средств между частными лицами и семьями, часто находящимися в разных странах. Вот почему правительства и международные органы пытались лучше понять эти системы, оценить их экономические функции, изучить последствия их регулирования и разработать наиболее целесообразный подход к ним.

Системы неофициальных переводов средств (НПС) используются во многих регионах для осуществления перевода денежных средств как внутри страны, так и в международном плане. Хавала представляет собой одну из систем НПС, которые существуют под различными названиями в различных регионах мира. Важно, однако, проводить различие между системой хавала и термином "хавала", который означает "переводить" или "телеграфировать" на арабском банковском жаргоне. Хавала предполагает неформальный канал для перевода средств из одного места в другое с помощью тех, кого именуют "хаваладары", независимо от характера самого перевода и конкретных стран. Хотя к операциям хавала в основном прибегают рабочие-эмигранты, проживающие в развитых странах, эта система хавала также может использоваться и для перевода средств из развивающихся стран, хотя цель перевода средств обычно иная (см. врезку).

Как работает эта система? Некое лицо в стране А хочет послать денежный перевод лицу в стране Б. Он инициирует трансакцию, вручая деньги хаваладару в стране А, и получает от хаваладара "код узнавания". Хаваладар в стране А затем передает поручение хаваладару в стране Б поставить эквивалентную сумму денежных средств в местной валюте предполагаемому бенефициару. Чтобы получить эти денежные средства, бенефициар должен назвать код узнавания, данный клиенту в стране А. Хаваладар в стране А может получить компенсацию путем взимания сбора или через разницу обменных курсов (разница между назначаемой при продаже и покупной ценой валюты). После денежного перевода хаваладар в стране А берет на себя обязательство перед своим контрагентом в стране Б, и это обязательство исполняется платежом деньгами или товарами и услугами. Обязательство может также быть оплачено посредством "обратной хавалы" или же импортом товаров. Трансакция с обратной хавалой часто используется для целей инвестиций или оплаты транспортных, медицинских или образовательных расходов из развивающейся страны. В стране, где действуют положения о контроле иностранной валюты и капитала, клиент в стране Б, желающий оплатить расходы по учебе своего сына в университете, например, передает местную валюту хаваладару в своей стране и просит, чтобы эквивалентная сумма была передана сыну клиента в стране А. Хаваладар в стране Б может перевести деньги напрямую своему контрагенту в стране А или использовать эту трансакцию для урегулирования своих предыдущих требований к хаваладару в стране А. Он также может распорядиться, чтобы хаваладар, имеющий задолженность в стране А, передал деньги другому хаваладару в третьей стране, куда средства должны быть доставлены для урегулирования этой трансакции. Более того, урегулирование также может быть достигнуто через трансакции, связанные с импортом; хаваладар в стране А оплатит свой долг посредством финансирования экспорта в страну Б, где хаваладар в стране Б будет импортером или посредником.

Почему хавала получила развитие

Раньше системы НПС использовались для финансирования торговли. Они были созданы, чтобы избегать опасностей, подстерегающих лиц, везущих с собой золото и другие платежные средства, на дорогах, где возможны нападения бандитов. Местные системы, широко использовавшиеся в Китае и других частях Восточной Азии, продолжают там применяться. Они называются по-разному - Фей-Чиен (Китай), Падала (Филиппины), Хунди (Индия), Гуи-Куан (Гонконг) и Фей-Кван (Таиланд). Система хавала (или хунди) сейчас получила широко распространение, однако исторически она связана с Южной Азией и Ближним Востоком. В настоящее время ее основными пользователями являются члены сообществ экспатриантов, которые мигрировали в Европу, регион Персидского залива и Северную Америку и которые отправляют денежные переводы своим родственникам на индийском субконтиненте, в Восточной Азии, Африке и Восточной Европе и в других районах. Эти рабочие-эмигранты повысили роль и важность системы. Хотя хавала используется для законных переводов средств, ее анонимность и минимальный объем документации также делают ее уязвимой по отношению к злоупотреблениям со стороны частных лиц и групп лиц, переводящих средства для финансирования незаконной деятельности.

Привлекательность хавалы объясняется экономическими и культурными факторами. Система менее дорогостоящая, более оперативная, более надежная, более удобная и отличается меньшим числом бюрократических препон по сравнению с официальным финансовым сектором. Хаваладары взимают оплату и часто используют разрыв в обменных курсах для получения дохода. Сборы, взимаемые хаваладарами с перевода средств, меньше, чем оплата, взимаемая банками и другими осуществляющими переводы компаниями, в основном благодаря минимальным накладным расходам и отсутствию затрат на функцию регулирования деятельности хаваладаров, которые часто имеют какое-то иное малое предприятие. Для поощрения переводов иностранной валюты через их систему хаваладары иногда освобождают экспатриантов от необходимости платить комиссионные сборы. С другой стороны, по имеющимся данным, они взимают более высокие комиссионные сборы с тех, кто использует систему, чтобы избежать контроля над обменом валюты и капиталом, а также административного контроля. Это более высокие сборы часто покрывают все расходы хаваладаров.

Система действует более оперативно по сравнению с официальными системами перевода финансовых средств частично вследствие отсутствия бюрократических препон и простоты механизма ее функционирования; поручения исполнителям передаются по телефону, факсу или электронной почте, и денежные средства часто доставляются непосредственно на квартиру адресата в течение 24 часов тем человеком, у которого есть быстрый доступ к деревням даже в отдаленных районах. Минимум документации и требований бухгалтерского учета, простота управления и отсутствие бюрократических процедур помогают сократить время, необходимое для осуществления операций по переводу средств.

Помимо экономических факторов, родственные и этнические связи, личные отношения между хаваладарами и рабочими-экспатриантами делают эту систему удобной и простой в использовании. Гибкий график работы и досягаемость хаваладаров высоко ценится экспатриантами. Чтобы учитывать интересы своих клиентов, хаваладары могут давать указания своим контрагентам передавать средства тому, кому они предназначены, еще до того, как платеж будет произведен рабочим-экспатриантом. Кроме того, соображения культурного порядка побуждают рабочих-экспатриантов переводить средства через систему хавала, и такие соображения также справедливы и в отношении членов семей, которые остались на родине. Многие сообщества экспатриантов состоят исключительно из лиц мужского пола, потому что жены и другие члены семьи остаются на родине, где семейные традиции преобладают. Эти традиции иногда требуют, чтобы члены семьи, особенно женщины, поддерживали минимальные связи с внешним миром. Доверенный хаваладар, который известен в деревне и знает тонкости социального этикета, как правило, является приемлемым посредником, который освобождает женщин от необходимости напрямую иметь дело с банками и другими учреждениями. Таким образом, система, опирающаяся на национальную, этническую и деревенскую солидарность, в большей мере зависит от абсолютного доверия между участниками, чем от правовых документов.

С другой стороны, развитие систем НПС стимулировалось жесткой финансовой политикой и неэффективными банковскими учреждениями, которые часто не проявляли интереса к сфере денежных переводов. В довершение к чрезмерно ограничительной экономической политике нестабильная финансовая ситуация часто создавала благоприятную среду для развития хавалы и других неформальных систем. Большинство систем НПС процветали в районах, характеризующихся несложными официальными системами, в периоды нестабильности. Эти системы продолжают использоваться в регионах, где развитие финансовой системы протекало медленно или сковывалась жесткими рамками. В целом финансовое развитие сдерживает становление неформальных систем перевода средств, хотя они существуют и в странах, развитых в финансовом отношении.

Экономические последствия

Несмотря на свой неформальный характер, система хавала создает прямые и косвенные последствия в макроэкономической области - для финансовой и налоговой деятельности. Одним из таких последствий является ее потенциальное воздействие на денежно-кредитные счета стран обоих участников трансакции в системе хавала. Поскольку эти трансакции не отражаются в официальной статистике, перевод средств из одной страны в другую не учитывается как прирост иностранных активов страны-реципиента или как увеличение обязательств в отправляющей стране по сравнению с переводом средств через официальный сектор. Вследствие этого деньги меняют хозяина, однако широкий показатель денежной массы остается неизменным. Тем не менее, трансакции в рамках хавалы могут влиять на состав денежной массы в стране-реципиенте. В сфере денежных переводов такие трансакции осуществляются в основном с наличностью, хотя хаваладары могут использовать банковскую систему и для других целей. Лица из развивающихся стран, переводящие денежные средства за рубеж через систему хавала для инвестиций или других целей, обычно принадлежат к состоятельным группам населения. Они снабжают местных хаваладаров наличностью тем, что снимают деньги со своего банковского счета. Вследствие этого трансакции по типу хавала, как правило, повышают объем наличных средств в обращении. Более того, системы НПС имеют и фискальные последствия как для переводящих, так и получающих стран, потому что с трансакций через хавалу не взимается ни прямой, ни косвенный налог. Негативное воздействие на бюджетные поступления правительства оказывает как законная, так и незаконная деятельность, если эта деятельность предполагает участие системы хавала.

Трансакции в системе хавала невозможно выразить в количественном отношении, потому что учетная документация фактически недоступна, особенно для статистических целей и целей платежного баланса. Это справедливо в отношении посылающих сторон и особенно в отношении получателей. Трансакции через хавалу из развивающихся стран иногда диктуются соображениями бегства капитала; они также могут стимулироваться желанием обойти правила валютного контроля и другие ограничители и при этом не оставляют каких-либо надежных записей. Тем не менее, власти некоторых стран время от времени оценивали деятельность в рамках системы хавала на основе данных о населении экспатриантов и данных платежного баланса. В любом случае все приблизительные оценки должны учитывать как систему хавала, так и обратные трансакции через хавалу (см. врезку), а также трансакции, стимулируемые незаконной деятельностью. Хотя представляется невозможным определить точную цифру, денежные средства, циркулирующие в рамках трансакций через хавалу, по всей вероятности, исчисляются миллиардами долларов.

Трудности для тех, кто осуществляет регулирование

Существует единое мнение о том, что после того, как были усилены международные меры по борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма, необходимо более внимательно взглянуть на неформальные системы перевода средств, чтобы избежать злоупотребления ими со стороны незаконных группировок. Политики считают, что потенциальная анонимность, обеспечиваемая этими системами, создает риск отмывания денег и финансирования террористов - проблема, которую необходимо решать. И все же поиск надлежащего ответа средствами регулирования и надзора требует реалистической и практической оценки и понимания конкретных условий страны, в которой действуют участники НПС.

Регулирование систем НПС в различных юрисдикциях - занятие сложное. Многообразие правовых систем и экономических обстоятельств в различных странах практически делают единообразный подход невозможным в техническом и юридическом отношении. В ряде стран система хавала запрещена. Любая попытка регулировать эту систему в таких странах, следовательно, пришла бы в противоречие с существующими законами и нормативными правилами и рассматривалась бы как легализация параллельных операций с иностранной валютой и бегства капитала.

Там, где регулирование НПС возможно, все согласны в том, что чрезмерное регулирование и меры принуждения не будут эффективными, потому что они способны загнать предприятия НПС, включая и легитимные, в подполье. Цель любого подхода не в том, чтобы ликвидировать эти системы, а избежать злоупотребления ими. На фоне всего этого политики, как правило, настроены в пользу двух вариантов, которые уже действуют в некоторых странах: регистрация или лицензирование систем НПС.

Хотя эти меры способны воспрепятствовать незаконной деятельности, они сами по себе недостаточны для того, чтобы уменьшить привлекательность системы хавала. Дело в том, что пока у людей есть причины предпочитать такие системы, они будут существовать и даже расширяться. Если официальный банковский сектор намерен состязаться с неформальным бизнесом денежных переводов, он должен сосредоточиться на улучшении качества своих услуг и сокращении взимаемых сборов. Следовательно, более долгосрочные и последовательные усилия должны быть направлены на модернизацию и либерализацию официального банковского сектора с целью ликвидации его неэффективных и слабых сторон.

Мохаммед Эль-Корчи - заместитель регионального руководителя в Департаменте денежно-кредитных и финансовых систем Международного валютного фонда. Текст, который следует далее, представляет собой адаптацию его статьи, опубликованной в декабрьском номере за 2002 год "Файненс энд Девелопмент", ежеквартальном журнале МВФ.

Мнения, высказанные в этой статье, не обязательно отражают взгляды или политику правительства США.