Путь к свободной и независимой в финансовом отношении прессе

Тим Каррингтон и Марк Нельсон
Институт Всемирного банка

Существование свободных и эффективно функционирующих СМИ, давно ассоциируемых с любой успешной демократией, оказывается, не менее тесно связано и с рыночной экономикой, способной обеспечивать рост, создание новых рабочих мест и сокращение бедности.

Связь эффективно функционирующих СМИ с экономическим прогрессом выводит вопросы о свободе и жизнеспособности СМИ за рамки чисто политической дискуссии. Если процветание прессы, по-видимому, связано с улучшением экономических показателей - в том числе и со снижением уровня детской смертности - то такие институты, как Всемирный банк и Программа развития ООН должны поддерживать развитие СМИ как одно из слагаемых общего процесса экономического и социального развития.

Правда, взаимосвязь между СМИ и экономической ситуацией не так проста, как может показаться. СМИ способствуют экономической деятельности, но состояние экономики само по себе влияет на здоровье СМИ, главным образом за счет воздействия на аудитории и рекламодателей, от которых и зависит финансовая независимость средств массовой информации. Опыт разных стран показывает, что пресса встраивается в экономику, придавая ей силы и черпая силы из нее - по крайней мере, когда это позволяют законы, политика и проницательность руководителей СМИ.

Крупнейшая ежедневная газета Польши "Газета выборча" пережила мрачные годы военного положения при коммунизме, вручную осуществляя печать и стараясь поддержать брошенных в тюрьмы сотрудников редакции. Демократия, освободившая прессу от железной хватки государства и приведшая к изменению всего экономического порядка, коренным образом изменила и ситуацию для средств массовой информации. В середине 90-х годов "Газета выборча" была приватизирована, стала работать на радио, телевидении и в Интернете, а также осваивать расширявшийся в Польше рынок частных рекламодателей. София Быдлинска, редактор этой, когда-то опальной газеты, произвела некоторые подсчеты на одном из этапов расширения деятельности и увидела, что акции, приобретенные ею по льготным ценам в начале переходного периода, повысились в цене до 2,3 млн. долларов.

Правда, следует сразу оговориться, что не всем медиа-компаниям удается выйти на такую траекторию. В январе 1999 года Андерсон Фумулани, предприниматель, журналист и редактор из Малави, основал "Бизнес уотч", независимый ежеквартальный журнал, призванный освещать связанные с бизнесом и экономическим развитием события в этом недавно вставшим на путь демократии государстве на юге Африки. Он экономил, нанимая на работу еще не закончивших обучение журналистов, которые почти не рассчитывали на получение жалованья, и стал предпринимать упорные попытки привлечь к своему изданию частных малавийских рекламодателей. Но, после выпуска четырех номеров, оплаченный читателями тираж каждого из которых составил не более 500 экземпляров, "Бизнес уотч" пришлось закрыть. И вместо того, чтобы подсчитывать доходы от возросшей стоимости своих акций, Андерсон Фумулани, по прошествии двух лет после закрытия свого издания, все еще разбирал представленные к оплате счета. "Я до сих пор не оплатил все телефонные счета", - жаловался он.

Для Малави, одной из беднейших стран мира, характерны высокий уровень неграмотности, фактическое отсутствие системы транспортировки товаров и подверженность бизнеса политическому влиянию. В то время как иностранные инвесторы вливают миллионы долларов в перспективный медиа-бизнес в Польше, большинство из них воспринимает борющиеся за выживание африканские СМИ как работающих себе в убыток героические издание, у которых нет аудиторий и рекламной базы для получения сколько-нибудь заметной прибыли, даже в тех странах, где политическая обстановка и законы перестают этому препятствовать. Зачастую главным рекламодателем в этих странах выступает государство. И даже независимые компании настолько озабочены недовольством правительства, что не размещают свою рекламу в изданиях, критикующих его работу.

За всеми зачастую жаркими дебатами на тему прав и обязанностей СМИ стоит простой факт, который нередко игнорируется международными организациями, занимающимися проектами по поддержке СМИ: средства массовой информации - это бизнес. И, как показывают вышеприведенные примеры из польской и малавийской практики, информационный бизнес способен как добиваться успехов, так и приводить к ошеломляющим провалам. Как и любой другой бизнес, информационный бизнес сильно подвержен влиянию окружающей экономической среды. Но он призван делать больше, чем просто опускаться и подниматься вместе с волнами роста и падения ВНП. Успехи в медиа-бизнесе обусловлены скорее наличием стратегий, направленных на создание аудитории, укрепление репутации и увеличение прибылей в самых разных экономических условиях.

При том, что все большее число аналитиков называет эффективно функционирующие СМИ "вкладом в развитие", способствующим повышению уровня подотчетности, эффективности рынков и умножению информационного потенциала общества, важно помнить, что все эти преимущества возможны только при условии финансовой независимости СМИ. А эта независимость, в свою очередь, - производная от окружающей экономической среды и способности конкретной медиа-компании использовать конкретные экономические условия в свою пользу.

Путь к финансовой независимости

Путь к финансовой независимости почти всегда тернист. Финансовые тяготы могут подтолкнуть СМИ к спасителям, готовым обеспечить их платежеспособность, взимая при этом высокую плату в плане их самостоятельности. Слабые в финансовом отношении СМИ могут в условиях хрупкой демократии быть легко поглощены политическими или экономическими интересами, склонными к управлению средствами массовой информации скорее как инструментами пропаганды, а не бизнесом.

Татьяна Репкова, которая в первые годы переходного периода в Словакии учредила деловое еженедельное издание, а позднее стала редактором "Правды", одной из крупнейших еженедельных словацких газет, пишет: "В бывших коммунистических странах на смену цензуре СМИ как главному ограничителю свободы слова теперь в большинстве случаев пришло экономическое давление. С точки зрения независимости, это хорошо, хотя и не все это понимают".

Похожая мысль прозвучала в опубликованном в октябре 2001 года в Интернете информационном бюллетене Международного центра журналистики (http://www.ijnet.org). В нем говорится: "Печатные СМИ в Сербии сталкиваются с серьезными экономическими проблемами и часто нуждаются в источниках финансовой поддержки. В результате "они становятся легкой добычей для политиков", сказал Драган Янич, главный редактор информационного агентства "Бета", обращаясь к участникам дискуссии за круглым столом, проводившейся в середине октября Институтом философии и социальной теории".

В информационном бюллетене сообщается, что, по словам Янича, серьезные перемены в СМИ становятся заметными только при наличии серьезных изменений в экономике. "Но, пока это не произошло, нам практически не на что надеяться", - подчеркнул Янич.

Как показывают слова сербского редактора, усиление экономических трудностей нередко заставляет СМИ отправляться на поиски безопасной гавани, а это может привести их за поддержкой к политикам или группам, представляющим специальные интересы. В этом случае страдает самостоятельность их редакционной политики. Газета или вещательная компания может быть убыточной, но если она помогает победе на выборах или закреплению нужных законодательных или нормативных преимуществ, ее владелец может счесть, что она оправдывает расходы на свое содержание.

Россия: расцвет и увядание

Россия представляет собой самый наглядный пример такой зависимости от окружающей экономической среды - подъемов и спадов сложного переходного процесса в экономике. В первые два года после распада Советского Союза страна переживала бурный расцвет свободы средств массовой информации, но затем новая медиа-культура вошла в противоречие с тяжелыми экономическими реалиями. При том, что за десять лет доход на душу населения снизился более чем на 50 процентов, а расходы на рекламу остановились на точке стагнации, большинство средств массовой информации попали в руки новых и в высшей степени политизированных спонсоров, как государственных, так и частных, которые используют СМИ в своих узких интересах.

После распада Советского Союза большинство российских СМИ стали стремиться к профессиональной независимости и одновременно искать финансовую поддержку у государства или спонсоров в сфере бизнеса. Но это была формула провала. Во-первых, государство выделяло слишком мало средств, чтобы на них можно было создать современные медиа-компании, а во-вторых, дальнейшая зависимость от партийных спонсоров не способствовала ни появлению качественной журналистики, ни пониманию аудиториями важного значения СМИ в новых постсоветских условиях.

Один из исследователей российских СМИ, Эллен Микиевич из Института общественной политики Терри Сэнфорда при Университете Дьюка, считает, что типичные потребители СМИ уже навечно смирились с этими перекосами: российские читатели и зрители, говорит она, почти не ждут точности и достоверности, утешаясь тем, что "информация сама по себе не является стабильным продуктом". Поэтому россияне смотрят на продукцию СМИ как на совокупность тенденциозных сообщений, некую информационную мозаику, из которой потребители должны сами складывать правдивую и достоверную картину.

Региональные власти и сегодня выделяют значительные средства из своих бюджетов на поддержку СМИ, и хотя речь идет не об очень больших деньгах, эти субсидии могут создавать головную боль для независимых конкурентов, которым приходится бороться за свое выживание без финансового или политического сотрудничества со стороны местных органов власти. Они сталкиваются с проблемами, вступая в конкуренцию на рынке рекламы с субсидируемыми соперниками, у которых есть возможность покрывать часть своих расходов за счет получаемых от государства средств и предлагать более низкие расценки рекламодателям.

Те медиа-компании, которым удалось сохранить независимость от государства, попали в руки финансовых и предпринимательских империй, появившихся в России в 1990-е годы. Так называемые "олигархи" склонны рассматривать СМИ не как источники качественной информации и новостей, а как пропагандистские отряды, призванные отстаивать их интересы. СМИ были втянуты в борьбу между олигархами и государством, и их "независимость" была ограничена в такой же степени, как и независимость тех СМИ, которые держатся на лояльности государству.

Тем не менее, руководители многих российских СМИ говорят, что страна медленно выходит из наиболее трудной фазы переходного периода и уже скоро будет напоминать Польшу или бывшую Восточную Германию. Необходимо создать более устойчивую экономику, равно как и новые возможности для построения финансовой базы СМИ на основе частных рекламодателей, которые должны придти на смену государственной щедрости или субсидиям со стороны олигархов.

Цифровой разрыв, цифровые границы

Сегодня, когда усиливается обеспокоенность по поводу образовавшегося в мире "цифрового разрыва", полезно отметить, что развитие высоких информационных технологий обычно происходит там, где информационное пространство насыщено средствами массовой информации, работающих на основе старых технологий. Вот что пишет Пиппа Норрис в работе "Цифровой разрыв: активность гражданского общества, информационная нищета и Интернет в странах мира": "Богатые информационными технологиями страны, такие как Швеция, Соединенные Штаты и Австралия, опережают другие страны не только по числу пользователей Интернета, но и по распространенности других средств коммуникаций, таких как газеты, радио и телевидение, а также персональные компьютеры и обычные и мобильные телефоны. Не существует заметных различий в использовании старых и новых медиа-технологий, а доля онлайновых СМИ в стране самым непосредственным образом зависит от распространенности как серверов, телефонов и персональных компьютеров, так и радиоприемников, телевизоров и газетных изданий. Это означает, что жители более бедных стран, исключенных из общемирового коммуникационного потока, например, в Буркина-Фасо, Йемене и Вьетнаме, в значительной степени отрезаны от всех форм информационных технологий, в том числе и таких традиционных СМИ, как радио и газеты, а не только от современных средств коммуникации, таких как мобильные телефоны и персональные компьютеры".

И все же онлайновые возможности помогают некоторым журналистам обходить государственный контроль над традиционными СМИ. Один из наиболее интересных процессов эволюции СМИ произошел в Малайзии, называемой "азиатским экономическим чудом", где правительство Махатхира применяет закон, запрещающий "злонамеренные" новости и дающий право правительству запрещать "подрывные" публикации. Все новостные издания должны ежегодно проходить лицензирование. Закон о подстрекательстве и Закон о внутренней безопасности содержат дополнительные ограничения на критику политики правительства.

Однако новые медийные платформы онлайновых услуг и Интернет пользуются высокой степенью покровительства в Малайзии, которая считает себя развивающейся страной высоких технологий и не хочет, чтобы формирующийся сектор информационных технологий попал в то прокрустово ложе ограничений, в котором уже оказались традиционные СМИ.

Стивен Ган, журналист-новатор, который часто вступает в резкие разногласия с правительством, в конце 1999 года учредил Интернет-газету "Малайзиакини" и держит ее на плаву до настоящего времени. Читательская аудитория этого издания насчитывает от
120 000 до 150 000 человек. Воспользовавшись начальным капиталом, полученным от Союза прессы Юго-Восточной Азии, Ган, по прошествии 18 месяцев со дня учреждения своего Интернет-издания, привлек 100 000 читателей - в пять раз больше тех 20 000, на которые он рассчитывал. За время своего существования "Малайзиакини" привлекла к себе и частных рекламодателей, деньгами которых сегодня покрывается 50 процентов ее текущих издержек.

Такая бизнес-стратегия приспособлена к экономическим и политическим реалиям Малайзии, где существует и сравнительно активная рекламная база, и аудитория, охотно читающая в режиме онлайн то, что не публикуют традиционные СМИ. Самым важным моментом во всем этом стало использование того преимущества, которое создало правительство, проводя разную политику в отношении СМИ старого и нового типа. "Оставляя под своим контролем традиционные СМИ, правительство обещало не подвергать цензуре Интернет, - говорит Ган - И мы пользуемся этой возможностью".

Страны, добившиеся самого быстрого прогресса - например, страны Центральной и Восточной Европы, где реформы шли ускоренными темпами - сделали формирование эффективных СМИ составной частью общественных и экономических реформ. Эти страны не только настаивают на приватизации средств массовой информации и, соответственно, уменьшении нагрузки на государственный и региональные бюджеты, но и проводят экономическую и регулирующую политику, призванную формировать условия для поддержания медиа-бизнеса и экономической системы, поставленной на информационную основу. Кроме того, они научились жить, примая во внимание то обстоятельство, что СМИ неизбежно критикуют органы государственной власти, признавая, что такая критика сама по себе служит средством корректировки правительством его политики и исправления допущенных ошибок.

Том Каррингтон - старший сотрудник по связям с общественностью и прессой Института Всемирного банка. Марк Нельсон - один из руководителей программ Института Всемирного банка в Париже. Оба они в прошлом работали корреспондентами журнала "Уолл-стрит джорнэл".

Мнения, высказанные в данной статье, необязательно отражают взгляды или политику правительства США.

К началу страницы | Глобальные проблемы, Февраль 2003 | Электронные журналы | Домашняя страница