Проблемы с Северной Кореей в области распространения ядерных материалов и технологий - не новость, утверждают Ральф Хассиг и Кондан О. Пхеньянский режим начал строить ядерные реакторы в шестидесятых годах прошлого века и присоединился к Договору о нераспространении ядерного оружия 1970 года лишь в 1985 году. В начале девяностых годов прошлого века он объявил о своем выходе из ДНЯО, но приостановил свой выход за день до его вступления в силу. После этого наступил период действия Рамочного договора, который развалился в 2002 году.

Кондан О - научный сотрудник Института аналитических исследований в области обороны в Александрии (шт. Вирджиния) и старший научный сотрудник Брукингского института. Ральф Хассиг - консультант по делам Северной Кореи, живет и работает в Вашингтоне. Он - соавтор книги о Северной Корее и множества статей, которые он написал вместе с Кондан О, его женой и партнером по научным исследованиям. Адрес их веб-сайта - http://mysite.verizon.net/kohrch/

Правительство Корейской Народно-Демократической Республики (КНДР), или Северной Кореи, никогда не соблюдало в полном объеме Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), к которому эта страна присоединилась в 1985 году. Подписание соглашения о гарантиях безопасности, которое разрешило бы Международному агентству по атомной энергии (МАГАТЭ) инспектировать ядерную программу Северной Кореи, откладывалось до 1992 года. Когда запоздалые инспекционные проверки показали, что северные корейцы скрывают ядерные материалы, КНДР стала первой страной, объявившей о своем выходе из ДНЯО. В 1993 году США убедили Пхеньян "приостановить" свой выход из ДНЯО за день до его вступления в силу. Но согласно Рамочному договору, заключенному между Северной Кореей и США в 1994 году, МАГАТЭ не имело права проводить запрашиваемые им инспекционные проверки. Когда в конце 2002 году Рамочный договор окончательно развалился, Северная Корея вышла из ДНЯО и МАГАТЭ и заявила о начале создания ядерного средства сдерживания.

Ядерная программа Северной Кореи началась в середине пятидесятых годов прошлого века, когда группа северокорейских ученых-ядерщиков прошла подготовку в Советском Союзе. В середине шестидесятых годов прошлого века Северная Корея при помощи СССР и с использованием советских технологий построила два небольших научно-исследовательских ядерных реактора. В 1986 году было завершено строительство еще одного ядерного реактора мощностью пять мегаватт. (Примечание редактора: по данным Управления США по энергетической информации, такой реактор при условии его непрерывной эксплуатации на полную мощность мог бы вырабатывать достаточное количество электроэнергии для удовлетворения нужд 4 тыс. американских семей в течение целого года.) Хотя этот реактор был слишком мал для подключения к электроэнергетической сети, его отработанное ядерное топливо начало перерабатываться в оружейный плутоний, что являлось прямым нарушением ДНЯО. В 1984 году началось строительство реактора мощностью 50 мегаватт, а в 1991 году - реактора мощностью 200 мегаватт, ни один из которых так и не был завершен. В восьмидесятые годы прошлого века СССР согласился построить легководный реактор (ЛВР), способный вырабатывать 1760 мегаватт электроэнергии, при условии, что северные корейцы вступят в ДНЯО. Эти работы были остановлены на ранней стадии, когда северные корейцы перестали выполнять свои обязательства по платежам.

В соответствии с Рамочным договором с США 1994 года были выведены из эксплуатации реактор мощностью 5 мегаватт, а также завод по переработке ядерного топлива и смежные объекты в Йонбене и остановлено строительство реакторов мощностью 200 и 50 мегаватт. За их закрытием наблюдало МАГАТЭ, но его инспекторам не было разрешено провести полное исследование ядерной программы Северной Кореи до тех пор, пока работы по строительству двух легководных реакторов мощностью 1000 мегаватт, проводимые новым консорциумом под названием Организация развития Корейского полуострова, не достигнут завершающего этапа. Эти реакторы должны были быть построены южными корейцами по американским проектам и при активном финансовом участии Южной Кореи и Японии. Легководные реакторы более "устойчивы" в смысле распространения ОМП, чем газографитовые реакторы Северной Кореи, потому что топливом для первых служит обогащенный уран и при нормальных условиях эксплуатации отработанное ядерное топливо, произведенное легководными реакторами, не может быть переработано в оружейный плутоний с помощью технологий, которыми в настоящее время обладает Северная Корея.

Призвана к ответу

В силу различных причин строительство двух реакторов, которое первоначально планировалось завершить к 2003 году, значительно отстало от графика. Тем временем разведка США пришла к выводу, что северные корейцы секретно развивают программу обогащения урана; подобная программа противоречила бы Декларации о денуклеаризации между Севером и Югом и, следовательно, нарушала бы Рамочный договор. Когда на встрече правительств двух стран в октябре 2002 года США потребовали объяснений у Северной Кореи, северокорейский представитель допустил существование урановой программы, но позднее отказался от собственных слов. В следующем месяце США объявили о приостановке поставки Северной Корее полумиллиона тонн мазута, которые они ежегодно отправляли в эту страну в качестве компенсации за "потерянные" мощности по производству электроэнергии. В декабре 2002 года северные корейцы выдворили из Йонбеня инспекторов МАГАТЭ, а также сняли установленные там МАГАТЭ пломбы и камеры слежения. В январе 2003 года северные корейцы объявили об аннулировании ранее принятого ими решения о "приостановке" своего выхода из ДНЯО и заявили о том, что их выход вступает в силу на следующий день. Они возобновили эксплуатацию своего реактора мощностью 5 мегаватт и позднее заявили о завершении переработки 8 тыс. стержней отработанного ядерного топлива с этого реактора, которые были опломбированы МАГАТЭ. Строительство двух легководных реакторов, все еще находящееся на этапе закладки фундамента, было приостановлено в ноябре 2003 года.

Предполагается, что из топлива, переработанного до вступления в силу Рамочного договора в 1994 году, северные корейцы могли создать запасы плутония массой не менее 6-10 килограммов - этого количества достаточно для изготовления одной-двух небольших ядерных бомб. Еще полдюжины ядерных бомб могли бы быть созданы с использованием примерно 20-35 килограммов плутония, переработанного из 8000 стержней отработанного ядерного топлива. Через несколько лет, когда можно будет выгрузить топливо из вновь запущенного реактора мощностью 5 мегаватт и переработать его в плутоний, в распоряжении северных корейцев окажется количество плутония, достаточное для изготовления по одной ядерной бомбе в год. Если когда-либо будет завершено строительство реактора мощностью 50 мегаватт, с его помощью можно было бы, в конечном счете, производить достаточно плутония для производства 5-10 ядерных бомб год, а в случае пуска реактора мощностью 200 мегаватт - еще больше. Объем производства обогащенного урана в рамках программы, предположительно осуществляемой Северной Кореей, носит чисто гипотетический характер, потому что неизвестны масштабы этой программы. Еще одним возможным источником ядерных материалов или готового оружия могли бы стать поставки из других стран или через тайную сеть распространения ОМП.

Первые переговоры по существу между США и КНДР были начаты в 1993 году и продолжались с периодическими перерывами в 1994 году, а их кульминацией стало подписание Рамочного договора. В период с 1997 по 1999 год было проведено шесть четырехсторонних встреч (с участием США, КНДР, Южной Кореи и Китая) для обсуждения требования Северной Кореи о замене соглашения о перемирии в Корейской войне мирным договором, но, в конце концов, переговоры были прерваны.

В апреле 2003 года ввиду отказа США проводить двухсторонние встречи с Северной Кореей Китай организовал трехстороннюю встречу, которая впоследствии была расширена до шестистороннего форума (с дополнительным участием Южной Кореи, Японии и России) для проведения трех шестисторонних встреч, начиная с августа 2003 года.

На этих шестисторонних встречах Северная Корея предложила заморозить свою программу создания ядерного оружия, как только США возобновят поставки мазута, отменят свое экономическое эмбарго и исключат КНДР из составленного Вашингтоном списка государств, поддерживающих террористов. Наученные горьким опытом Рамочного договора, США решительно заявили, что переговоры о пакете экономической помощи и заключении многостороннего пакта о ненападении могут быть начаты лишь после того, как Северная Корея поддающимся проверке образом заморозит свою ядерную программу.

Соседи Северной Кореи - Китай, Россия, Япония и Южная Корея - неоднократно заявляли, что не допустят, чтобы Северная Корея осуществляла программу создания ядерного оружия. США также озвучили свою неизменную позицию. Однако никому так и не удалось помешать Северной Корее продолжать накапливать запасы ядерных материалов и предположительно создавать ядерное оружие. Рамочный договор, заключенный администрацией Клинтона, замедлил, но не остановил ядерную программу Северной Кореи. Администрация Буша избегает переговоров "один на один", потому что она считает, что распространение ОМП Северной Кореи является региональной проблемой, а не проблемой двусторонних отношений. Тем не менее, США согласились провести встречу с Северной Кореей по многосторонней формуле. Вначале Вашингтон ожидал, что другие участники шестисторонних переговоров присоединятся к США для оказания нажима на Северную Корею с целью заставить ее прекратить свою ядерную программу. Однако, на наш взгляд, произошло следующее: Россия, Китай и Южная Корея проявили определенное сочувствие к позиции Северной Кореи, утверждающей, что она является мишенью для агрессии США в рамках ведущейся администрацией Буша войны с терроризмом. Эти страны призвали США пойти на компромисс с Северной Кореей, хотя никто четко не изложил, в чем должен заключаться этот компромисс.

Северная Корея предложила отказаться от своей программы создания ядерного оружия и согласиться на неопределенную форму режима проверки, если США заменят свою враждебную политику по отношению к режиму Ким Чен Ира на признание, невмешательство и даже поддержку. Но поскольку политика США основывается не только на распространении ядерных материалов и технологий Северной Кореей, но и на ее поведении в прошлом, ее развернутых в передовых районах обычных вооружениях и ее плачевной политике в области прав человека, представляется маловероятным, чтобы какая-либо американская администрация могла оказать Ким Чен Иру уважение и поддержку, которых он, по его мнению, заслуживает.

Большинство американских обозревателей событий в Северной Кореи сходятся во мнении, что северные корейцы прекратили бы производить все больше и больше плутония в обмен на множество разнообразных наград, но сомневаются в том, что "ПППНП" - полное, поддающееся проверке и необратимое прекращение всей ядерной программы Северной Кореи - сможет быть когда-либо достигнуто до тех пор, пока у власти находится режим Ким Чен Ира. Поэтому на практике проблема сводится к тому, согласятся ли США на еще одно соглашение, частично сдерживающее ядерную программу Северной Кореи, или распространению будет позволено продолжаться - по крайней мере, до тех пор, пока Китай, главный благодетель Северной Кореи, не встревожится настолько, что прекратит оказание экономической помощи и дипломатической поддержки режиму Ким Чен Ира.

Мнения, высказываемые в этой статье, не обязательно отражают взгляды или политику правительства США.