священнослужитель -
Творя историю

Она обвела глазами бронзовую доску в вестибюле церкви: два с половиной столбца имен, всего их 99 - все духовные пасторы Объединенной методистской церкви Св. Иоанна с момента ее основания в 1798 году в г. Огаста, шт. Джорджия. Она знает многие из этих имен, принадлежавших гигантам в истории южного методизма. Пятеро из них стали епископами. В 1844 году один из этих епископов вызвал отделение южных методистов от их северных братьев - его жена унаследовала темнокожего раба, а северные методисты не могли перенести, чтобы епископ был рабовладельцем. Таким образом, бывший пастор Св. Иоанна сыграл решающую роль в церковном расколе, который стал прообразом кровавого раскола Америки - Гражданской войны - за 17 лет до ее начала.

Теперь, 160 лет спустя, в июне 2004 года, ее имя должно быть добавлено к именам, выгравированным на доске: Рени Слейтер. Вот она, 100-й пастор церкви Св. Иоанна, стоит и смотрит на старинные витражи из цветного стекла, длинные скамьи со спинками, приделы, в которых целые поколения людей молились, обращаясь к Всевышнему. И при этом творит саму историю. Рукоположенная Рени Слейтер - не только единственная женщина-старший пастор церкви Св. Иоанна, но и первый негритянский пастор, возглавившая эту преимущественно белую конгрегацию, насчитывающую 600 членов.

Рени прошла долгий путь от фермы площадью в восемь гектаров, на которой 60 лет тому назад она родилась в сегрегированной Луизиане. "Давно, когда мне было 16 лет, - вспоминает она, - я могла общаться с "американцами английского происхождения" - так мы называли белых людей - только на деловом уровне. С ними не сближались. Мы никогда не смотрели им в глаза. Еще маленькой девочкой я думала: "Мне это не нравится". Но так уж тогда обстояли дела в Америке. Я помню, когда мы ездили куда-нибудь на автобусе, нам не разрешалось пользоваться тем же залом ожидания, которым пользовались белые, но я никогда не считала себя хуже других, это было мне не по душе".

Все же ей нравилось жить на ферме в местечке Шейди Гроув в штате Луизиана. Она росла вместе с семью братьями и сестрами, а также коровами, курами, утками, свиньями, среди посевов зерновых, которыми они питались, с мамой и папой, которые учили своих детей любить всех. "Мы почти ничего не покупали в магазине, - поясняет Рени. - Мы даже выращивали сахарный тростник и делали патоку, сами мололи кукурузную муку. Когда созревали арбузы, мы шли в поле, брали их, разламывали и выковыривали только сердцевину, поскольку это самое вкусное". Единственное, что Рени не любила выращивать, так это хлопок. "Нужно было его мотыжить, а потом собирать. Мы складывали хлопок в такие длинные тюки, которые, пожалуй, тянули фунтов на 50 (22 килограмма). Надо было идти по полю и собирать этот хлопок, а коробочки резали руки".

Отец работал не только на ферме, но и на лесопилке, а также подрабатывал, убирая школу. Пока отец был на лесопилке, уборкой расположенной недалеко от фермы школы занималась Рени со своими братьями и сестрами. Их мать также работала в этой школе, была там поварихой. "Как только дочка в семье немного подрастала, - вспоминает Рени, - ее учили готовить для всей семьи, а когда девочки выросли, этим стали заниматься мальчики. Мама: "Я этим зарабатываю на жизнь и не хочу делать то же самое дома".

Поскольку ни мать Рени, ни ее отец не имели образования, они настаивали на том, чтобы дети окончили школу. "Наши родители мечтали, чтобы мы окончили школу, - рассказывает Рени. "Если мы мечтали о чем-то большем, мы могли стремиться к этому, но тут уж они помочь не могли".

Мечтой Рени было стать учительницей. "Я училась в сегрегированных школах до тех пор, пока в середине шестидесятых годов не поступила в колледж. Но я знала, что могу стать, кем захочу, поскольку мои учителя внушили мне эту мысль, - поясняет она. - Надо признать, что в то время наш мир был ограничен, и мы не имели широкого представления обо всех своих возможностях, но в пределах этого узкого кругозора мы верили, что можем стать, кем хотим". Рени поступила в колледж, но еще до его окончания она в возрасте 20 лет вышла замуж и завела детей. Необходимость воспитывать троих детей несколько замедлила ее прогресс в учебе, но не поколебала ее решимости. В течение восьми лет она закончила колледж, получила степень магистра и 20 лет обучала детей всех рас и национальностей.

Семейная жизнь оказалась для нее ловушкой, муж требовал от жены полного подчинения. Рени пришлось подавить в себе свои мечты. Затем она стала читать Библию - ту же книгу, которую ее муж использовал для утверждения своей власти в семье. К своему изумлению Рени обнаружила, что это была книга об обретении свободы. "Господь создает нас для освобождения, и нам не стоит цепляться за закон, если он разрушает нас, - считает она. - Это была та же идея освобождения, которую Мартин Лютер Кинг проповедовал в то время на улицах городов на юге Соединенных Штатов. Рени было суждено открыть для себя смысл освобождения у себя дома.

После того, как ее брак распался через 19 лет, Рени начала слышать голос: "Я хочу, чтобы ты проповедовала мою благую весть. Я хочу, чтобы ты служила моей пастве". Это было смехотворно. Рени не знала женщин-священнослужителей, а ее родители-баптисты не одобрили бы такого шага. К тому же, мало какая конгрегация захотела бы взять себе в проповедники женщину. Но голос звучал каждую ночь. "Было такое ощущение, что все мое существо занял телевизионный экран, и с него звучал этот голос, и я знала, что со мной говорит Господь", - рассказывает она. В возрасте 45 лет Рени поступила на факультет богословия Университета Эмори. Через три года, в 1992 году она была рукоположена в священники Методистской церкви. Назначение в Методистскую церковь Св. Иоанна уже четвертое для Рени.

Когда Рени поступила в семинарию, она вновь услышала тот же голос: "Если ты пойдешь, я распахну перед тобой двери, и тебе больше никогда не придется стучаться в них". Господь, утверждает она, сдержал свое обещание. "Мне больше не приходилось стучать в двери, чтобы меня впустили". На лице 100-го пастора церкви Св. Иоанна появилась улыбка: "Это вовсе не означает, что у меня не будет проблем после того, как я войду в те двери!".

Рени знает, что не все в церкви Св. Иоанна приветствовали ее назначение. Однако, войдя в эти церковные двери, она больше чем когда-либо верит в полученное ею послание: "У меня для людей только добрые вести - я расскажу им о том, как Господь может изменить жизнь любого человека". - Джеймс Гарви

Следующий биографический очерк >>>>