До какой степени должно быть разрешено правоохранительным органам, например, Федеральному бюро расследований (ФБР) следить за пользованием сетью, включая электронную почту и посещения сетевых сайтов, и как повлияли атаки террористов 11 сентября на исход этой дискуссии?
В ответ на террористические нападения Сенат одобрил поправку к закону о финансировании торговых, юридических и государственных нужд на 2002 финансовый год (H.R. 2500), которая, наряду с прочими вопросами, облегчила правоохранительным органам контроль за активностью в Интернете. Некоторые сенаторы возражали против столь широкой степени применения поправки и указывали на нехватку времени для рассмотрения ее по сути. Тем временем, администрация Буша готовит законодательство, которое, как сообщают, обяжет поставщиков телекоммуникационных услуг и провайдеров интернетовских услуг раскрывать электронные коммуникации должностным лицам правоохранительных органов при определенных чрезвычайных обстоятельствах. По проблемам антитерроризма, включая контроль правительства за телекоммуникациями, проводятся слушания в юридических комитетах Палаты представителей и Сената.
Атаки террористов 11 сентября обострили споры вокруг того, как достичь равновесия между необходимостью для правоохранительных органов расследовать деятельность преступников и защитой того, что большинство граждан считают своим "правом" на неприкосновенность их частной жизни. Частная жизнь в Интернете составляет лишь часть этих споров, но она привлекла к себе внимание летом 2000 г., когда вскрылось, что ФБР воспользовалось программой "Карнивор" (ныне переименованной в DCS 1000) для контроля за электронной почтой и посещениями сетевых сайтов. ФБР должно получить судебный ордер для установки программного обеспечения на оборудование провайдера интернетовских услуг, но защитники неприкосновенности частной жизни опасаются, что программное обеспечение недостаточно изощренное, чтобы проводить различие между электронной почтой и сетевой деятельностью подозреваемого и других пользователей услуг данного провайдера, и тем самым нарушается эта самая неприкосновенность.
До нападений террористов внимание Конгресса было сосредоточено на получении докладов от министерства юстиции по использованию им программ типа "Карнивор" или других систем, чтобы оценить, не превышает ли ФБР своих полномочий при контроле за использованием Интернета. Однако, некоторые лица, определяющие политику, стремятся расширить, а не ограничить полномочия правоохранительных органов по контролю за телефонными и электронными коммуникациями. Через два дня после сентябрьских атак Сенат принял поправку к закону о финансировании торговых, юридических и государственных нужд (H.R. 2500), которая, наряду с прочими вопросами, облегчила правоохранительным органам контроль за активностью в Интернете. Поправка, получившая название "Закон о борьбе с терроризмом", была внесена сенаторами Хэтчем, Килом, Фейнстейном и др. и принята устным голосованием. В ходе обсуждения в Сенате, состоявшегося 13 сентября, сенаторы Лихи и Левин выразили обеспокоенность по существу поправки и отсутствия времени на ее изучение. Сенатор Лихи прокомментировал ситуацию следующим образом: если бы поправка вступила в силу, "нам пришлось бы изменить наше законодательство о прослушивании телефонных разговоров так, чтобы мы могли залезать в компьютеры всех и каждого" (стр. S9376). Сенатор Левин отметил, что поправка пошла дальше того, что является простым изменением закона о прослушивании телефонных разговоров из-за угрозы терроризма, поскольку текст содержит указание на "любое ведущееся уголовное расследование" (стр. S9377).
В целом защитники неприкосновенности частной жизни опасаются, что в этом эмоционально напряженном климате Конгресс может принять решение без полного обсуждения вопросов или без понимания последствий. Такие группы, как Американский союз борьбы за гражданские свободы, Центр за демократию и технологию и Центр информации о неприкосновенности частной жизни в электронных коммуникациях призывают к осторожности, опасаясь, что при попытке выследить и наказать террористов, угрожающих американской демократии, возникнет угроза неприкосновенности частной жизни – одному из основополагающих принципов этой демократии. Они отмечают, что могут быть существенные различия между типом информации, которую могут получить правоохранительные органы в отношении телефонных звонков, и информацией, почерпнутой из электронной почты по данной поправке. Информация, полученная из телефонных звонков при помощи устройств перехвата и отслеживания и перьевых самописцев, – это только набранные телефонные номера. Названные выше группы задаются вопросом о том, какова эквивалентная информация в случае с электронной почтой. Будут правоохранительные органы иметь доступ только к номерам, например, к сетевому адресу компьютера, или к другой информации о маршрутизации и адресации, обычно содержащейся в "шапке" электронной почты, которая может раскрыть значительно больше данных об отправителе и получателе(ях).
Те, кто поддерживает изменения в законодательстве, утверждают, что должностные лица правоохранительных органов нуждаются в дополнительных инструментах для расследования террористических атак. Сенатор Хэтч заявил во время обсуждения в сенате, что "... мы, как законодатели, должны ... добиться, ... чтобы правоохранительное сообщество имело в своем распоряжении нужные следственные инструменты для выслеживания участников этого дьявольского заговора и передавало их в руки правосудия" (стр. S9372). Хотя атаки террористов оживили дебаты о требованиях правоохранителей, сам вопрос не нов. Фактически, эта часть поправки была построена по образцу законопроекта, внесенного сенаторами Шумером и Килом в прошлом году.
Как отмечалось выше, до атак террористов главной заботой Конгресса было обеспечение того, чтобы ФБР не превышало своих полномочий при контроле за активностью в Интернете. Формулировки в вариантах Закона об утверждении бюджета министерства юстиции на 2002 финансовый год (H.R. 2215/S.1319), предложенных Палатой представителей и Сенатом, требовали доклада министерства юстиции об использовании им программы "Карнивор" или других подобных систем.
Существуют следующие варианты: · внесение изменений в существующее законодательство;
· принятие изменений для облегчения работы правоохранительных органов по контролю за активностью в Интернете;
· принятие таких же изменений, но на временной основе, до тех пор, пока сами проблемы и последствия принятых изменений будут более полно исследованы; и
· введение закона о надзоре со стороны Конгресса над использованием правоохранительными органами полномочий по контролю за активностью в Интернете.
Законопроекты об утверждении бюджета министерства юстиции на 2002 финансовый год (H.R. 2215/S.1319) требуют, чтобы министерство юстиции докладывало Конгрессу об использовании им программы DCS 1000 ("Карнивор") или другой подобной системы. Специфика докладов, требуемых в вариантах законопроекта, предложенных Палатой представителей и Сенатом, несколько различается. H.R. 2215 был принят Палатой представителей 23 июля. S.1319 еще не рассмотрен.
Принятая Сенатом версия законопроекта о финансировании торговых, юридических и государственных нужд на 2002 финансовый год (H.R. 2500) должна была облегчить ФБР контроль за активностью в Интернете путем расширения полномочий по прослушиванию телефонов. Законопроект был принят Палатой представителей и Сенатом, и была назначена согласительная комиссия.
Ожидается, что будут внесены дополнительные законодательные инициативы. Юридический комитет Палаты представителей провел слушания 24 сентября. Юридический комитет Сената проводит слушания по защите отечества 25 сентября, и ожидается, что там будут обсуждены некоторые из этих вопросов.