(Выступление перед группой "Парламентарии за глобальные действия")

Соединенные Штаты предпринимают попытки решить вопросы, имеющиеся у них по поводу Международного уголовного суда (МУС), не подрывая основ самого этого института, и поэтому "проводят обоснованный и разумный курс, действуя из добросовестных побуждений и надеясь на то, что имеющаяся у них обеспокоенность будет снята без ущерба для интересов других государств", заявил помощник Госсекретаря США Линкольн Блумфилд.

Блумфилд, являющийся помощником Госсекретаря по военно- политическим вопросам, выступил 12 сентября в ООН перед группой "Парламентарии за глобальные действия" - консультативном комитетом парламентариев по вопросам, связанным с Международным уголовным судом и принципами законности.

Он выразил озабоченность тем, что Европа "оспаривает позицию США, касающуюся действия статьи 98" (соглашения о невыдаче с другими странами) в отношении своих граждан.

Согласно статье 98 Римского договора, на основе которого и создавался МУС, предпочтение отдается "суверенным началам". Другими словами, американец или американка, обвиненные в совершении преступлений, не будут автоматически выданы МУС для совершения суда над ними; скорее, Соединенные Штаты потребуют экстрадиции своего гражданина или гражданки и будут судить его или ее у себя в стране. При этом правительство США может разрешить, чтобы этого гражданина или гражданку США судил МУС.

Блумфилд подчеркнул, что правительства почти 60 стран "подписали с нами соглашения о невыдаче в рамках статьи 98".

Он еще раз указал на главные задачи МУС:

- "В отличие от трибуналов по военным преступлениям, например, трибунала для Руанды и бывшей Югославии, МУС не подпадает под функциональный надзор Совета Безопасности ООН, и поэтому еще дальше отстоит от воли суверенных государств, не говоря уже о демократических избирателях в суверенных государствах".

- Отсутствие у МУС политической подотчетности означает, что этот суд может "стать механизмом преследования людей по политическим мотивам".

- Римский статут "являет собой попытку распространить свои полномочия на американцев, при том, что США не являются его участником".

"США не дали согласия на выполнение требований МУС, однако им далеко не все равно, что американцы могут быть лишены возможности быть судимыми своими согражданами, руководствующимися нормами доказательственного права и юридическими определениями в соответствии с американскими законами, в том числе положениями Конституции США", - заявил Блумфилд.

Администрация Буша "решила отложить в сторону те возражения, которые имеются у США в отношении МУС, и воспринимать Римский статут и сам суд как реальность", - заявил Блумфилд. Администрация решила заключать двусторонние соглашения в рамках статьи 98 Римского статута.

"Мы сообщили правительствам других стран, что США не намерены подрывать основы МУС, но заявили при этом, что рассчитываем на уважение нашего решения об отказе от участия", - заявил он.

В прошлом году Европейский союз выработал критерии для переговоров по статье 98, "но они не согласуются с позицией США", сказал он. "В течение всего этого времени эти критерии все более активно пропагандируются в Европе на разных политических уровнях".

"Я считаю, что попытки помешать кампании, проводимой США в отношении статьи 98, идут вразрез с интересами Европы, ЕС или европейских государств", - добавил Блумфилд.

Ниже приводится текст выступления Блумфилда:

Благодарю за теплые слова в мой адрес и за предоставленную мне возможность выступить перед этим ученым собранием по вопросу, который является предметом повышенного внимания, и который, наверное, только выиграет от дополнительного обсуждения. Я выражаю признательность "Парламентариям за глобальные действия" в связи с проведением этой встречи и сожалею, что у меня слишком мало времени для обмена мнениями с вами.

Признаюсь, что я не очень глубоко знаком с темой МУС (Международного уголовного суда) и основами Римского статута; я смотрю на эти вещи глазами просто гражданина, а не юриста. Правда, у меня есть некоторые основания для того, чтобы высказывать свое мнение о МУС. Мое бюро в составе Госдепартамента отвечает за проведение двусторонних переговоров в рамках статьи 98 со всеми зарубежными странами. Оно также осуществляет надзор за счетами, которые служат для финансирования помощи другим странам в сфере безопасности и которые подпадают под закон, принятый Конгрессом США в отношении МУС - Закон о защите американских военнослужащих (ЗЗАВ). В целом, в мои обязанности входит решение проблем, связанных с конфликтами и безопасностью в других странах мира, и этот опыт лежит в основе тех мнений, которыми я хочу поделиться с вами здесь сегодня.

Вы, конечно же, знаете суть возражений США против Римского статута в его нынешнем виде. В отличие от трибуналов по военным преступлениям, например, трибунала для Руанды и бывшей Югославии, МУС не подпадает под функциональный надзор Совета Безопасности ООН, и поэтому еще дальше отстоит от воли суверенных государств, не говоря уже о демократических избирателях в суверенных государствах.

Когда судебные органы Бельгии заявили о своей универсальной компетенции и предприняли попытку придать суду ведущих американских политиков и военных по обвинениям в совершении военных преступлений, в результате одностороннего политического взгляда на войну 1993 года в Персидском заливе, та часть бельгийского правительства, которая отвечает за принятие политических решений, сумела занять взвешенную позицию в отношении интересов своей страны, таких как желательность дальнейшего пребывания штаб-квартиры НАТО в ее столице, и приняла законодательные меры для корректировки полномочий своих судебных органов. Но в МУС нет аналогичного надзорного механизма.

Отсутствие политической подотчетности дает повод моему правительству - как в 1998 году об этом заявил Конгрессу руководитель делегации США на переговорах по Римскому статуту посол Дэвид Шеффер - основание говорить о том, что последствия принятия этого статута в его нынешнем виде не будут служить делу международного правосудия. Президент Клинтон высказался за подписание Римского статута за 20 дней до ухода со своего поста, несмотря на то, что США при его администрации проголосовали против его окончательного принятия. Он сам сказал: я не намерен представлять этот договор в Сенат на получение совета и согласия, пока не будут удовлетворены наши основные претензии, и не рекомендую делать это моему преемнику.

Его преемник - Президент Буш - разделяет эту озабоченность, которая, как уже не раз говорила администрация Буша, сводится к риску судебного преследования по политическим мотивам. Эта фраза не должна восприниматься, как упрек в адрес тех лиц, которые назначены в состав суда, поскольку эти люди обладают вполне достойной репутацией. Речь идет не об этом, а об отсутствии у суда подотчетности перед правительствами, обладающими законными полномочиями на представление интересов граждан.

Таким образом, все политические силы в Вашингтоне согласны с тем, что Римский статут не совместим с американскими стандартами правосудия. США отказались стать участником этого договора; 17 месяцев тому назад администрация Буша отозвала подпись США под ним. Тем не менее, этот статут сконструирован таким образом, что его полномочия распространяются на американцев даже при том, что США не являются его участником. Такое положение вещей вызвало особые возражения со стороны нашего Конгресса.

США не дали согласия на выполнение требований МУС, однако им далеко не все равно, что американцы могут быть лишены возможности быть судимыми своими согражданами, руководствующимися нормами доказательственного права и юридическими определениями в соответствии с американскими законами, в том числе положениями Конституции США. Эта обеспокоенность не носит временного или эпизодического характера; это глубокая обеспокоенность тем, что политические представители и лидеры Америки не смогут в полной мере блюсти интересы американской республики ни сегодня, ни в будущем. Именно поэтому Конгресс США занял решительную позицию и принял закон, согласно которому может быть прекращена помощь в сфере безопасности тем правительствам, которые станут участниками Римского статута. Именно поэтому администрация в середине 2002 года предприняла действия для блокирования возобновления миротворческого мандата ООН для Боснии и Герцеговины вплоть до получения гарантий, что американские военные в составе миротворческих сил ООН не станут объектами преследования со стороны МУС.

Такой подход, с одной стороны, придал более громкое звучание опасениям Америки по поводу МУС, а, с другой, вызвал настоящий испуг относительно судьбы стабилизационных усилий на Балканах, причем этот второй момент перевесил первый. В конечном счете, администрация прислушалась к совету, который дали нам некоторые из наших европейских союзников. По их мнению, нам следовало начать процесс двусторонних отношений в рамках статьи 98 Римского статута.

В связи с этим, летом прошлого года администрация снизила уровень своей публичной риторики и начала процесс заключения двусторонних соглашений с зарубежными странами в рамках статьи 98. Сейчас уже, наверное, можно говорить о том, что администрация могла бы пойти на более публичную демонстрацию изменения в своем подходе к этой проблеме, поскольку тогда, по сути дела, произошло изменение в ее политике. Мы объясняли правительствам других стран в ходе дипломатических контактов, что администрация решила отложить в сторону возражения США против МУС и воспринимать Римский статут и сам этот суд как реальность; наша недоработка заключается в том, что мы не привлекли к этому должного внимания международной прессы и зарубежной общественности.

Мы сообщили правительствам других стран, что США не намерены подрывать основы МУС, но заявили при этом, что рассчитываем на уважение нашего решения об отказе от участия.

Тем не менее, в сентябре прошлого года мы обнаружили, что многие европейские правительства занимают позицию, не учитывающую попытки США успокоить сторонников МУС путем практических действий, в результате которых можно было бы оставить эту проблему позади нас. Некоторые правительства предъявили претензии к предложенному США тексту, а другие сообщили нам, что на них в Европе оказывается давление с тем, чтобы они не заключали соглашения с США.

Год тому назад в кулуарах Генеральной ассамблеи ООН Государственный секретарь Пауэлл провел встречу с министрами иностранных дел стран ЕС в попытке урегулировать ситуацию на высоком политическом уровне. Это была полезная встреча, в ходе которой министры заверили Госсекретаря в том, что США могут беспрепятственно вести двусторонние переговоры как со странами-участницами ЕС, так и со странами- кандидатами на вступление в ЕС. Эти заверения были оценены нами по достоинству.

Правда, уже вскоре после этого ЕС выработал критерии проведения переговоров по статье 98, которые шли вразрез с позицией США. В течение всего этого времени эти критерии все более активно пропагандируются в Европе на разных политических уровнях.

Я считаю, что попытки помешать кампании, проводимой США в отношении статьи 98, идут вразрез с интересами Европы, ЕС или европейских государств, я хотел бы пояснить, почему это так в надежде на то, что к рассмотрению этого вопроса можно будет вернуться еще раз. Как я уже говорил, я выступаю здесь не как эксперт по правовым вопросам, а как практический политик, который понимает, что правовые институты и позиции черпают свою легитимность из добросовестности, с которой они служат политическим целям.

В этом смысле центральное значение имеет вопрос о том, на кого распространяются положения статьи 98. Согласно выработанным ЕС критериям, под действие статьи 98, не должны подпадать лица, которые на данный момент не являются сотрудниками правительства или военнослужащими. Соединенные Штаты считают, что под защитой должны находиться и гражданские лица, и военнослужащие, являющиеся гражданами США. Вопрос о военнослужащих США вызывает мало споров, поскольку у нас уже давно имеются соглашения о статусе вооруженных сил с нашими европейскими союзниками.

Между тем, остающиеся разногласия в вопросе об области действия данной статьи носят существенный характер. В общественном мнении, особенно в Европе, складывается впечатление, что в правовом отношении позиция ЕС является единственно правильной. При всем уважении, я бы хотел изложить точку зрения моего правительства, согласно которой и в правовом, и в политическом отношении - если использовать термин "политический" в самом формальном смысле - правильной является позиция США.

Аппарат юридического совета Госдепартамента со всей тщательностью рассмотрел аргументы, выдвигаемые против позиции США, относительно области применения статьи 98. Не вдаваясь в подробности, выходящие за пределы моей профессиональной компетенции, могу сказать, что, по нашему мнению, текст Римского статута ни подтверждает интерпретацию ЕС, ни опровергает позицию США. На самом деле наши правовые эксперты нашли поддержку нашей позиции в других документах, таких как Венская конвенция о консульских отношениях, в которых термин "направляющее государство" относится ко всем лицам, являющимся гражданами этого направляющего государства.

Более того, наши правовые эксперты еще раз изучили подготовительную работу, предшествовавшую принятию Римского статута, для того, чтобы выяснить, как в Венской конвенции о договорном праве определяются дополнительные средства интерпретации. Наверное, некоторые из вас будут удивлены тем, что в имеющихся записях отсутствуют даже намеки на толкование статьи 98(2) с точки зрения области ее применения. Короче говоря, позиция США по области применения статьи юридически подтверждается самим текстом, записями о переговорах и прецедентом.

Почему заключаемые США соглашения о невыдаче должны распространяться на всех американских граждан? Здесь следует обратиться к практической точки зрения для ответа на вопрос, почему избираемые лидеры и не только американские лидеры, считают, что такой подход всецело соответствует реалиям 21-го века.

Соединенные Штаты представляют собой нацию иммигрантов; у нас много общего со многими странами мира. Наши национальные интересы не знают границ: мы имеем дипломатические представительства практически везде в мире, а наши частные компании и учебные заведения также представлены в большинстве стран мира.

Уникальность вооруженных сил Соединенных Штатов состоит в том, что их присутствие и их операция носят глобальный характер. В прошлом году наши военнослужащие присутствовали в 100 странах мира. В 2003 году свыше 400 000 американских военнослужащих находились за пределами Америки. К началу следующего года США будут выполнять обязательства по 50 союзническим договорам о содействии обороне стран, расположенных в разных районах мира. Не обязательно быть проповедником исключительности Америки для того, чтобы признавать ее значение и символическую роль во всем мире.

Но давайте посмотрим еще дальше - на других граждан, чье присутствие и участие может восприниматься как влияние или даже определяющее воздействие на баланс сил в условиях конфликтов, которые иногда перерастают в военные преступления, геноцид и преступления против человечности.

В этом году вместе с вооруженными силами коалиции в Ираке действовали 600 журналистов, большинство из которых составляли американцы. Неправительственные организации, число которых составляет не одну сотню, по своей гуманитарной природе всегда присутствует там, где обществу грозит опасность конфликта. Американские корпорации и их представители работают в районах добычи полезных ископаемых, где до сих пор не урегулированы претензии сепаратистов или территориальные претензии.

Смысл сказанного состоит в том, что американские граждане, многие из которых имеют хорошее образование и прочные связи с влиятельными кругами за рубежом, являются такими же объектами потенциального отмщения со стороны участников вооруженных конфликтов, как и официальные сотрудники правительства США. Вам известно, что американцы, которых брали в заложники в Ливане, Колумбии и на Филиппинах в последние годы, выбирались для этих целей не столько по профессии, сколько по национальной принадлежности. Перспектива обвинений, следствием которых может стать преследование по политическим мотивам, никак не устраивает американцев.

Мы также считаем, что позиция и европейских политических лидеров в этом вопросе не сильно отличается от нашей. Мы видим, что некоторые из них требуют для себя широкого, если не чрезмерного иммунитета от судебного преследования, например, в связи с миротворческими миссиями в Афганистане. Примечательно, что статья 124 Римского договора содержит собственное положение об области применения, согласно которому стране-участнице договора дается определенное время на принятие решения об отказе подчиниться юрисдикции суда применительно к военным преступлениям, которые были, якобы, совершены ее гражданами. На сегодняшний день, по крайней мере, одна страна-участница ЕС уже воспользовалась этим иммунитетом в интересах своих граждан.

Бытует также утверждение, согласно которому в своем предложении по статье 98 США пытаются обеспечить иммунитет американцев от преследования по обвинениям в совершении военных преступлений. Это не соответствует действительности, да и замысла у нас такого не было. Некоторые указывают на то, что судебная практика в рамках МУС может отличаться от судебной практики, принятой в американской системе правосудия. На мой взгляд, это несоответствие, которое, конечно, может вызывать озабоченность у сторонников универсальности юрисдикции МУС, представляет собой главную причину высказываемых Вашингтоном опасений, а также стремления правительства США заключать двусторонние соглашения, гарантирующие, что наши граждане и наши солдаты не будут выданы МУС без согласия правительства США.

Никто не может сказать сейчас, в 2003 году, как будет эволюционировать этот суд в дальнейшем, и будет ли он соответствовать или противоречить законам и правовым стандартам США. Мы можем только сказать, что Соединенные Штаты выступают за правосудие над теми, кто виновен в военных преступлениях, геноциде и преступлениях против человечности. Мы можем только сказать, что американцы, в том числе и американские СМИ, решительно настроены на получение всех достоверных фактов и добросовестное отправление правосудия, особенно в тех случаях, когда обвинения в совершении таких преступлений выдвигаются в адрес американцев. США имеют большой опыт и заслуженную репутацию в вопросах судебного преследования виновников таких преступлений.

И хотя некоторые из самых решительных сторонников МУС в Европе проповедуют в своих странах доктрину универсальной компетенции, мое правительство требует лишь доли уважения к своей национальной компетенции. В конце концов, речь идет о суде над американцами.

Таким образом, повторяю, Соединенные Штаты проводят обоснованный и разумный курс, действуя из добросовестных побуждений и надеясь на то, что имеющаяся у них обеспокоенность будет снята без ущерба для интересов других государств.

С учетом того факта, что США уже на более года взаимодействуют с международным сообществом официальных экспертов, я могу сообщить вам, что правительства почти 60 стран согласились с позицией Соединенных Штатов и подписали с нами соглашение о невыдаче в рамках статьи 98. Поскольку мы заключаем эти соглашения, не проводя различия между участниками и неучастниками Римского статута, их подписали многие участники и неучастники этого договора.

В течение последних недель и месяцев я лично встречался с министрами иностранных дел в Европе, Азии, Африке, Латинской Америке и на Ближнем Востоке. Во многих случаях их сопровождали юридические консультанты, и я могу удостоверить, что их понятия о правосудии для данной категории преступлений идет вразрез с выработанными ЕС критериями. Конечно, они уважают позицию ЕС и с должным вниманием относятся к его позиции, но, как мне кажется, это уважение имеет под собой скорее политическую, чем правовую основу.

Как политик, я испытываю растущее беспокойство по поводу последствий продолжающейся политической поддержки европейскими странами правовых принципов и критериев, которые Соединенные Штаты не могут применить к себе. Трансатлантические связи важны для всех участников, равно как и отношения между США и ЕС. Характеризуя отношения между США и ЕС, Государственный секретарь Пауэлл заявил на прошлой неделе: "Наша общая повестка дня, включающая в себя множество задач, начиная со свободной торговли и кончая борьбой с распространением оружия, никогда не была такой масштабной и взаимовыгодной".

Мне было бы интересно узнать, изучали ли практические политики те предпочтения, которые правовые эксперты ЕС положили в основу выработанных ЕС критериев, и задумывались ли они над стратегическими последствиями этих предпочтений.

Примечательно и то, что ЕС сопротивляется попыткам администрации Буша решить свои проблемы, не подрывая основы МУС, ведь непризнание соглашений по статье 98 означает расширение области действия закона ЗЗАВ, который по самому своему замыслу направлен на то, чтобы отговорить правительства от участия в Римском статуте. Заключение соглашений США в рамках статьи 98 устраняет угрозу прекращения помощи со стороны США в сфере безопасности в том случае, если страна становится участницей Римского статута.

Будучи сотрудником Госдепартамента, которого в максимальной степени беспокоит состояние и жизнеспособность наших военных альянсов и коалиций, я нахожу неестественным тот факт, что наш самый давний и традиционный союзник - Европа - занимает противостоящую США позицию в вопросе об области применения статьи 98 нашим гражданам. Это вызывает у меня такую сильную обеспокоенность, что я даже поднял этот вопрос перед постоянными представителями в НАТО и высшими должностными лицами во время инаугурации трансформированного командования Альянса в начале нынешнего года.

Я надеюсь на то, что на политическом уровне наши европейские друзья заново просчитают все стратегические, политические, прагматические, а также правовые последствия своей позиции по этому вопросу. Если это будет сделано, то, я уверен, многие из предложенных мною здесь аргументов будут приняты во внимание, и тогда будут соблюдены интересы Европы, МУС, Соединенных Штатов и совместными усилиями будет обеспечено торжество правосудия.

Я еще раз благодарю вас за то, что вы выслушали мою точку зрения.

(Распространено Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://usinfo.state.gov/russki/)

К началу раздела